Главная  / Статьи и книгиСтатьи по психологии
Версия для печати

Некоторые рекомендации для родителей, если ребенок получил физическую травму или попал в стрессовую ситуацию


Елена Петрова

 

       Помощь и поддержка другому человеку, если у него случилась стрессовая ситуация, требуют от того, кто оказывает поддержку, не только доброжелательности и сочувствия, но еще и определенного душевного настроя. Я вспоминаю разговор с одним собеседником, который рассказывал о своей матери и ее реакции на стресс: «Моя мама – человек очень впечатлительный и эмоциональный. Я в детстве точно знал: если скажу маме, например, что порезал палец и течет кровь, она начнет так сильно переживать и волноваться, что за нее станет просто страшно. И потому я старался все свои проблемы решать самостоятельно. Делал так, чтобы мама о них не узнавала».

Другое сообщение, которое я хочу привести как пример, указывает на роль впечатлительных родителей и старших родственников: «Когда бабушка увидела, что я упал с дерева, она так разволновалась, что у нее случился сердечный приступ». Понятно, что в этих условиях все вокруг боролись за жизнь бабушки, и получилась сложная композиция отношений: пережитый ребенком стресс теперь воспринимался как агрессия, направленная на бабушку и подрывающая ее здоровье. Возникла система отношений, способствующих блокировке эмоций, возникновению чувства стыда и вины.

Третий случай дает пример того, как чувства взрослого захватывают в свой поток эмоциональный опыт ребенка: «Мне было 6 лет. Я очень хотела быть такой же ловкой, как мальчишки. Я залезла на дерево и тут поняла, что не могу удержаться на ветке. И начала сползать с нее на землю. Я была полненькая и не очень ловкая. Тут меня увидела мама и в ужасе бросилась ко мне. Я упала на землю. Мама схватила меня на руки и побежала домой, потом к врачу. У меня не было даже синяков. Но я ужасно испугалась. И этот эпизод отзывается каким-то непередаваемым напряжением во всем теле».

Детальный разбор последней ситуации показал, что в эпизоде было два совершенно разных события, которые «слиплись» в один блок и потому создали предпосылки для фиксации шокового опыта. Первый эпизод: девочка в состоянии азарта залезла на дерево, не удержалась на ветке и достаточно ловко («даже без синяков!») сползла на землю. Это завершенное действие при хорошем контакте со своим телом и физическим миром (с деревом, силой гравитации и землей). Такое действие требовало всего лишь завершения (в гештальт-подходе мы называем это ПОСТ-контактом) – признания, позитивной эмоциональной оценки, радости, переживания победы или других сильных чувств. Однако для мамы это был совсем другой эпизод. Мама увидела, как дочка падает с дерева, нарисовала в своем воображении картину ужасных последствий (травма позвоночника, ушиб, инвалидность и проч.) и пережила аффект ужаса. Сила ее чувства захватила девочку и прервала течение собственного эмоционального процесса ребенка. Девочка была испугана реакцией мамы, и за счет «слияния» с близким человеком фиксация на травме сохранилась на долгие годы.

После тщательной и детальной реконструкции последовательности событий мне как терапевту показалось полезным предложить моей собеседнице сыграть небольшую реабилитационную сценку. Девочка сказала маме: «Мама, это твой страх и ужас! Я чувствую себя хорошо. Я ловко упала с дерева и горжусь этим. Поэтому забери свой страх назад и делай с ним, что хочешь, сама. Можешь выкинуть его на помойку. Или можешь помнить. Но это твой страх, а не мой!» Эта игра оказала целительное действие на клиентку, открыла перед ней возможность проживания собственных эмоций, а не аффекта матери.

Четвертый случай, который я хотела бы кратко упомянуть, – это ситуация родительского гнева. Бывают обстоятельства, когда взрослый так сердится на самого ребенка за его неосторожность или на другого взрослого, который стал причиной стресса ребенка, что забывает о чувствах самого пострадавшего и сосредотачивается на воспитательном процессе или на гневе в чей-либо адрес.

Далее я привожу некоторые рекомендации, в которых, как мне кажется, представлена логичная последовательность тем, на которые стоит обратить внимание родителю, если он планирует помочь ребенку.

 

 

Тактики помощи ребенку со стороны родителей после эпизода физической травмы с целью профилактики формирования посттравматической реакции. Рекомендации составлены с использованием материалов Питера Левина (2003).

 

Приведенные ниже рекомендации касаются, прежде всего, тех случаев, когда ребенок находится в сознании, а физический ущерб относительно невелик или неочевиден. Однако они могут помочь и тогда, когда первым делом необходима экстренная медицинская помощь, поскольку затем все равно нужно будет проработать травматический опыт, чтобы избежать посттравматического стресса (ПТСР).

Первая идея состоит в том, чтобы взрослый, который стал свидетелем физического травмирования или узнал о факте травмирования (если событие произошло некоторое время назад) сначала восстановил собственное эмоциональное равновесие, избавился от испуга или гнева и только после этого начинал общение с ребенком.

Взрослому нужно определиться со своей позицией в отношении произошедшего. Увидеть ребенка как человека. Подумать о физической травме как об ущербе, нанесенном ребенку. Подумать о социальных проблемах, которые могут стать следствием случившегося. Далее нужно обеспечить ребенку необходимые условия для эмоциональной и физической реабилитации. Прежде всего это неподвижность и покой. Нужно дать ребенку отдохнуть, тогда взрослый сможет спокойно оценить последствия травмирования на физическом и психическом уровнях.

Необходимо учитывать, что психическое состояние человека, перенесшего травму, может быть обусловлено как эмоциональным шоком от неожиданности случившегося, так и (в случае черепно-мозговой травмы, сотрясения мозга или болевого шока) биологическим эффектом расстройства нервно-психической активности. Вот некоторые признаки психического стресса после перенесенной травмы: затуманенный взгляд, бледность, быстрое или поверхностное дыхание, дрожь, потеря ориентации. Ребенок гиперподвижен, суетлив, чересчур эмоционален или, наоборот, слишком спокоен, «заторможен».

После отдыха можно восстановить спокойный вербальный контакт. Можно спросить, например: «Как ты себя чувствуешь? Что у тебя там, внутри?» – имея в виду душевное состояние. Ребенку зачастую трудно говорить о своих чувствах, особенно, если он в стрессе, и тут на помощь может прийти метафора, помогающая выразить внутреннее психическое напряжение. Хорошо, если ребенок придумает картинку, образ: цветок, камень, куст. Не надо торопиться обсуждать событие содержательно и тем более – вести воспитательные разговоры (по типу: «Нужно было быть осторожнее!»). Зато стоит поддерживать выразительные элементы физической активности (дрожь в теле, движения конечностей). Благодаря такой активности ребенок способен сбросить вовне душевное и физическое напряжение. Важно делать паузу между вопросами в 2-3 минуты, чтобы циклы физических реакций могли завершиться.

Пусть выйдет вовне эмоциональная энергия, и пусть завершатся прерванные циклы мышечного возбуждения. В том числе, разрядится напряжение мышц, отмобилизованных для спасения. Даже если эти движения будут социально «неприличны» или покажутся родителям болезненными. Не стоит останавливать рыдания. Надо дать ребенку возможность отреагировать. Не стоит критиковать его или побуждать контролировать себя. Родитель должен следовать естественному биологическому процессу реабилитации и просто подтверждать наличие соматических реакций, не обсуждая и не осуждая их.

После того, как тело ребенка расслабится, надо уделить внимание эмоциональной реакции на событие. Ребенок может возбужденно рассказывать о своих планах изменения ситуации. Сообщать, что он смог бы в благоприятной ситуации справиться с задачей. Даже воображать себя фантастическим героем, легко преодолевающим все препятствия. В числе других реакций могут быть гнев на противника, обида на ситуацию или конкретных людей. Родителя не должно смущать, что гнев или обида преувеличенны и «нелогичны». Потом, когда ребенок успокоится, он сам откажется от подобных фантазий. Однако на фазе реабилитации стоит быть полностью на его стороне.

Убедите ребенка рассказать о том, как он проживал случившееся: о чем мечтал, чего хотел до события? что чувствовал во время события? Важно, чтобы вы были рядом, когда он рассказывает о своих чувствах, и давали ему понять, что не осуждаете за чувства. Пусть выговорится! От родителя тут требуется безоценочное присутствие и принятие того, что говорит ребенок. В этом и состоит поддержка, которая необходима маленькому человеку.

И только после того, как ребенок выговорится, то есть завершит реабилитацию (не раньше!!!), через несколько часов или на следующий день можно перейти к завершающей стадии: обсудить, какие выводы сделал ребенок, как можно в будущем избежать неприятностей, как построить план лечения (если это необходимо), и т.д.

 

Литература:

Левин П. Понимание детской травмы // МПЖ, 2003 (№1), с. 70-80


Вернуться к списку